АО «НИИ «Полюс» им. М.Ф.Стельмаха»

Вся моя трудовая жизнь была связана с Митрофаном Федоровичем Стельмахом


В. М. Вакуленко

Мое знакомство с Митрофаном Федоровичем Стельмахом состоялось в 1958 году в ЦНИИ-108, куда я был распределен после окончания энергетического факультета Московского института инженеров транспорта им. И.В.Сталина. Признаться, дисциплины, изучаемые мною в институте, мало располагали к разработкам по основному профилю деятельности ЦНИИ-108, разве что давали хорошие знания теоретических основ электротехники и теплотехники.

Проводивший со мной (при поступлении на работу) собеседование тогдашний директор ЦНИИ-108 П.С.Плешаков, по-видимому, удовлетворился ответом на заданный им вопрос по расчету трансформатора. Так я оказался в лаборатории источников питания, которую в то время возглавлял П.Н.Большаков – человек огромного роста и весом за 150 кг. В это же время с ним вел переговоры М.Ф.Стельмах о разработке импульсного источника питания для ЛБВ. Как выяснилось, опыта подобных разработок в лаборатории не было. По этой причине ТЗ на разработку принималось неохотно. Но напор со стороны М.Ф.Стельмаха был большой, поскольку, как потом выяснилось, в течение двух лет он не мог разместить свой заказ ни в одном из профильных НИИ (либо просто отказывали, либо запрашивали большие сроки и деньги на разработку).

Решено было поручить эту разработку молодому специалисту В.Вакуленко, которому с чего-то надо было начинать. Пришлось действовать по здравому смыслу, постоянно общаясь с Митрофаном Федоровичем и обсуждая с ним возможные варианты решения задачи. Большое участие в работе принимали сотрудники лаборатории источников питания - А.П.Михайлов и руководитель группы Я.Н.Левин, которые всячески поддерживали своего молодого коллегу.

Макет источника питания собирался и настраивался на территории отдела Л.Н.Лошакова, где и работали все будущие создатели института квантовой электроники. Но к моменту завершения испытаний и ввода в эксплуатацию импульсного источника питания М.Ф.Стельмах был переведен в Министерство на должность главного инженера Главка, и источник питания был передан Л.И.Карповскому.

Не могу вспомнить, кто предложил мне перейти в отдел Л.Н.Лошакова (думаю, что это был А.В.Иевский, который руководил лабораторией, где старшими научными сотрудниками в то время работали Л.П.Лисовский, В.Ф.Игонин, Е.Г.Соловьев и более молодые их коллеги – Н.И.Екамасов и В.Г.Зубов). Руководство лаборатории источников питания не возражало против моего перехода вместе со всеми разработками, которые делались в интересах отдела Л.Н.Лошакова. Так я в 1961 году оказался в составе коллектива, который был в свое время переведен в ЦНИИ-108 по инициативе А.И.Берга. В отделе была организована группа, которую я возглавил с задачей радиотехнического обеспечения испытаний ЛБВ и ЛОВ.

В скором времени М.Ф.Стельмах вернулся в отдел, т.к. министерская работа была ему противопоказана в силу его характера. Начинался новый этап в жизни коллектива, когда группа специалистов с воинскими званиями по линии Министерства обороны проявила инициативу по поиску более эффективного использования научного потенциала этой группы.

Помню, что в отделе проходили многочисленные совещания и обсуждения. Но работа продолжалась – источники питания работали, новые схемы разрабатывались. Появились первые рационализаторские предложения и заявки на изобретения по новым радиотехническим устройствам, которые использовались на испытательных стендах отдела. Мне очень повезло с составом радиотехнической группы, в нее входили высококвалифицированные и опытные электрики, которые полностью сняли с меня вопросы текущей эксплуатации и позволили заниматься новыми разработками. Не могу не вспомнить некоторых из них: С.И.Васильев, П.И.Степынин, Е.Каменский, В.Жижикин и др. Все они с теплотой отзывались о Митрофане Федоровиче, неизменно отмечая его доступность и уважительность при общении с ними.

По существу, я узнал о создании института квантовой электроники в тот момент, когда в комнату, где располагался источник питания, разработанный по заказу М.Ф.Стельмаха, стал регулярно, в каждый свой приезд в ЦНИИ-108, заходить Митрофан Федорович уже в качестве директора нового НИИ. Он здоровался с нами и неизменно спрашивал: «Ну как, работает?», показывая на стойку питания и, получив положительный ответ, слегка ухмыляясь, уходил, покачивая головой. Так продолжалось до тех пор, пока я не получил предложение перейти на работу во вновь созданный институт – НИИ-333, будущий НИИ «Полюс».

Изначально никаких подобных намерений у меня не было: работа в отделе мне нравилась. Обсуждался вопрос о моем поступлении в аспирантуру. Я был принят кандидатом в члены КПСС. Всего этого бросать не хотелось. Да и в коллективе ко мне хорошо относились, а что делать в НИИ-333, было совершенно неясно. Тем не менее решение подспудно созревало, но Митрофан Федорович меня не торопил с ответом на предложение перейти к нему в институт.

В конце 1964 года, взвесив все «за» и «против», я принял решение – надо переходить, дело – новое, перспективное, можно попытаться найти свой интерес. Определенное положительное влияние оказали беседы с Ю.В.Демиденковым, который уже около года работал в новом институте, и с которым у меня сложились дружеские отношения по совместной работе в отделе Л.Н.Лошакова. Как раз в это время окончился мой партийный испытательный срок, и на партбюро отдела я объявил, что заявление о вступлении в КПСС подавать не буду, т. к. решил перейти на другую работу.

С трудовой книжкой, где было записано, что я уволен из ЦНИИ-108 в порядке перевода в НИИ-333, 28 декабря 1964 года я впервые поехал искать этот НИИ-333. Мне сказали, что надо ехать на автобусе №1 до конца, а там в здании барачного типа располагается отдел кадров. В автобусе я оказался рядом с двумя серьезными мужчинами, из разговора которых мне стало ясно, что они едут туда же, куда и я. Пока я отыскал барак и попал в коридор, где была комната для приема посетителей, желающих устроиться на работу к Стельмаху, передо мною уже были эти двое мужчин из автобуса. Как потом выяснилось – это были Б.В.Рыбаков, который привез на собеседование с директором института В.М.Панкратова. Разговор с ними был достаточно продолжительным, и мне пришлось подождать. Мой разговор с М.Ф.Стельмахом был коротким. Он определил мне должность, оклад и сказал, что я буду работать в отделе Л.П.Лисовского.

Первым человеком, с которым я столкнулся в НИИ «Титан», был молодой, энергичный, с сияющей улыбкой В.Г.Дмитриев (кто это был, я узнал, конечно, позже). Но это был хороший приветливый знак на новом месте работы. Я был определен на работу в радиотехническую лабораторию Е.Н.Грекова в должности ведущего инженера. И здесь, уже в НИИ «Полюс», мне суждено было прожить наиболее важный и интересный этап своей трудовой деятельности.

Конечно, многое пережито за те почти 25 лет работы в НИИ «Полюс». Но как ни пытаешься вспомнить что-либо неприятное, что произошло у тебя на работе в институте, который возглавлял Митрофан Федорович, так ничего и не получается. Все вспоминается приятное, даже радостное. Скорее думаешь о том, что ты не всегда оправдывал надежды Митрофана Федоровича, хотя и не терял его доверия никогда, даже в трудные для него моменты принятия решений по моим делам. М.Ф.Стельмах был удивительно проницательным и справедливым в оценке деловых качеств специалиста любого ранга и вместе с тем излишне доверчивым к тем из них, у которых высокий уровень профессионализма уживался с такими человеческими качествами как зависть, эгоизм, нечистоплотность. Думаю, что последний фактор сыграл значительную роль в преждевременном отстранении М.Ф.Стельмаха от должности директора и отлучении его от научного руководства созданным им и выпестованным институтом.

А положительных воспоминаний – масса. Это не только большая честь – быть в коллективе, возглавляемом М.Ф.Стельмахом и получившим Государственную премию СССР, но и признательность за поддержку в написании мною диссертации, которая была тщательно им прочитана с различными замечаниями почти на каждой странице (за исключением верности математических формул), а также первых и, к сожалению, единственных в своем роде книжек по источникам питания лазеров, изданных в Киеве («Наукова думка») и в Москве («Советское радио»). Последняя издана при активном содействии со стороны Э.А.Лукина. Это – совместная работа с Митрофаном Федоровичем и руководителями направления лазерной технологии А.И.Тимофеевым и А.А.Чельным по подготовке постановления Правительства СССР по дальнейшему развитию лазерных дел в стране, следствием чего стало создание в системе АН СССР Научно-исследовательского центра технологических лазеров в Шатуре и, к сожалению, не использование предоставленных Минэлектронпрому возможностей по созданию аналогичного СКБ при НИИ «Полюс». Это - создание в 1976 – 1977 гг. крупной программы по разработке нового автоматизированного лазерного технологического оборудования совместно с ОКБМ Брянского завода технологического оборудования, выполненной полностью в части технической документации и лишь частично воплощенной в «металле» на БЗТО в виде выпуска первых опытных образцов, которые по своим техническим характеристикам (даже по уровню автоматизации) превосходили лучшие зарубежные образцы того времени. И последнее творение, одобренное и утвержденное генеральным директором НПО «Полюс» М.Ф.Стельмахом – программа работ по лазерному технологическому и медицинскому оборудованию для Ульяновского радиолампового завода до 1985 года, которой не суждено было сбыться, т.к. досталась она уже новому генеральному директору и которая была ему безразлична.

Это и благородное напутствие мне Митрофана Федоровича перейти на работу главным конструктором лазерной техники на завод им. Владимира Ильича («ЗВИ») с целью развернуть работы по промышленному выпуску мощных твердотельных лазеров и лазерного технологического оборудования в интересах машиностроительного комплекса СССР. Это – и постоянное внимание и оказание конкретной помощи «словом и делом» в нелегком труде по организации серийного производства на предприятии, слишком далеком по своим технологическим возможностям от требований производства изделий лазерно – оптического и прецизионного приборостроения.

Есть и личные приятные воспоминания – направление М.Ф.Стельмахом меня вместе с А.А.Чельным на фирму «Балоффе» (Франция) для монтажа и наладки установки «Квант- 9» (это была моя первая зарубежная поездка и, как утверждали, первая продажа изделия советской лазерной техники в капиталистическую страну), получение от предприятия из директорского фонда квартиры для семьи из четырех человек рядом с работой. И много еще хорошего, что связано с Митрофаном Федоровичем – моим земляком. Да, действительно мы родились в Донбассе в разное время и, когда Митрофан Федорович заканчивал техникум в г. Иловайске Донецкой области, я появился на белый свет. Возможно, мы уже тогда встречались, не признавая друг друга – городок этот был невелик.

Не могу не сказать и о той деятельности М.Ф.Стельмаха вне стен НИИ «Полюс», в которой я так или иначе участвовал. Уже не будучи директором НИИ «Полюс», Митрофан Федорович принял самое деятельное участие и оказал большую помощь при создании Лазерной ассоциации СССР. На учредительном съезде ЛАС в апреле 1990 года, собравшем представителей около 130 предприятий и организаций всех отраслей народного хозяйства СССР, он был выдвинут в кандидаты на пост президента Лазерной ассоциации. Но последовал самоотвод в пользу избрания в качестве президента ЛАС И.Б.Ковша (были и другие весьма авторитетные кандидаты). Кадровая интуиция Митрофана Федоровича не подвела, и И.Б.Ковш вот уже в четвертый раз подряд переизбирается на этот пост. Без всякого сомнения, можно сказать, что альтернативы ему пока нет (таково мнение и Научно-технического совета ЛАС и всех съездов Лазерной ассоциации).

Мало кто знает, что М.Ф.Стельмах с 1991 по 1993 г.г. был главным редактором бюллетеня ЛАС «Лазер – Информ». В настоящее время «Лазер – Информ», главным редактором которого вот уже 10 лет является И.Б.Ковш, превратился в своеобразную трибуну, доступную для всех специалистов по лазерной технике, действующих на всем пространстве бывшего СССР, и объединяющую их, несмотря на все трудности и невзгоды, свалившиеся на них в постсоветское время. М.Ф.Стельмах организовал первый семинар ЛАС по лазерной медицине, который и поныне успешно функционирует благодаря (в основном) стараниям В.П.Минаева, ставшего руководителем этого семинара после смерти М.Ф.Стельмаха.

Роль М.Ф.Стельмаха в создании и развитии лазерной аппаратуры для медицины – это отдельная большая тема. Я коснусь ее лишь в той части, которая непосредственно связывает меня с ней. Мне пришлось договариваться с М.Ф.Стельмахом о сохранении лаборатории по разработкам лазерных медицинских установок, которую с момента ее создания возглавлял Б.Н.Малышев. В конце 70-х годов я сменил А.И.Тимофеева в должности начальника отдела лазерного технологического оборудования, а А.И.Тимофеев стал заместителем главного инженера (Э.А.Лукина). В это время поступило предложение перевести в наш отдел одного Б.Н.Малышева, а всех его сотрудников оставить на разработках спецтехники, которые проводились в отделении Г.М.Зверева. Большая часть сотрудников все же перешла вместе с Б.Н.Малышевым в отдел ЛТУ, что разнообразило тематику этого отдела, а главное – позволило продолжить вполне успешную деятельность этого коллектива в интересах лазерной медицины.

Вспоминается яркое выступление М.Ф.Стельмаха на одном из съездов ЛАС против беспредела, воцарившегося на вновь создаваемом в России «базаре», т.е. рынке лазерной терапевтической аппаратуры. Людей подвергали испытаниям на аппаратуре, не имеющей разрешения Минздрава на использование ее в клинической практике и тем более при самолечении. А на базе одного из лазерно – медицинских центров возникла даже Лазерная академия наук.

Как был прав М.Ф.Стельмах в попытках убедить высокое руководство в необходимости создать Министерство квантовой электроники! Если в советское время государство было все же заинтересовано в развитии и поддержке новых научно – технических направлений, в том числе в лазерной области (уже упоминавшееся Постановление Правительства СССР и программа «Гиперболоид 95»), то в нашем переходном этапе вспять от социализма к капитализму, когда лазерную технику в государственных органах Российской Федерации никто не представляет, а стало быть, не защищает, создать федеральную программу государственной поддержки лазерной науки и техники по примеру передовых стран мира – США, ЕС, Китая и Японии не представляется возможным. А кто в России отвечает за развитие этого важного и всеми признанного средства, позволяющего отнести государство к числу передовых в мире? Да никто. Каждый, кто как может, добывает средства, чтобы не оставить Россию без отечественной лазерной техники, и нет в стране единой сбалансированной стратегии развития этого важнейшего для любой индустриально развитой страны направления наукоемкой технологии – лазерной.

М.Ф.Стельмах всегда мыслил и действовал по–государственному: если осваивать лазерную технологию, то делать это нужно в целой отрасли или подотрасли народного хозяйства. Так и делали: заменили прежнюю технологию сверления алмазных волок на лазерную на всех заводах Союза, которые их выпускали; пайка контактных реле на всех релейных заводах была заменена на точечную лазерную сварку; то же самое по лазерной закалке штамповой оснастки, скрайбированию кремниевых пластин, сверлению рубиновых часовых камней и др. Так создавалась советская лазерная индустрия и М.Ф.Стельмах - ее создатель!

Работая сейчас в Лазерной ассоциации, встречаясь с большим числом известных специалистов по лазерной технике и бывая в различных государственных учреждениях и ведомствах, я постоянно сталкиваюсь с тем, что везде, где вспоминается имя Митрофана Федоровича Стельмаха и дается оценка его деятельности, звучит одно утверждение – личность М.Ф.Стельмаха находится на одном уровне с такими советскими деятелями как И.В.Курчатов, С.П.Королев и другими выдающимися личностями, талантом и усилиями которых создавалась передовая советская наука, техника и промышленность.

Каждый раз, когда удается поговорить с Валентиной Ивановной Соколовой, вдовой М.Ф.Стельмаха (к сожалению, по большей части по телефону), так и хочется ей сказать: «Передавайте привет Митрофану Федоровичу!» Он и сейчас, как говорится, «живее всех живых» для тех, кто с ним непосредственно работал, не подставлял, не предавал, искренно уважал и любил.

В. М. Вакуленко,
кандидат технических наук,
начальник отдела НИИ «Полюс» в период 1964-1985 гг., заместитель председателя Лазерной ассоциации России

Почтовый адрес
РФ, 117342, г. Москва,
ул. Введенского, д. 3, корп. 1
Телефон и факс
Телефон:
+7 495 333-91-44
Факс:
+7 495 333-00-03
Интернет
E-mail:
bereg@niipolyus.ru
Skype:
niipolyus