АО «НИИ «Полюс» им. М.Ф.Стельмаха»

Первые встречи


Г. М. Зверев

Впервые мы встретились с Митрофаном Фёдоровичем Стельмахом в конце 50–х годов в кабинете Александра Михайловича Прохорова в ФИАНе. Я в то время работал в МГУ младшим научным сотрудником, под руководством Александра Михайловича мы изучали парамагнитные кристаллы и их возможности для создания малошумящих квантовых парамагнитных усилителей – мазеров. Однажды в кабинет А.М.Прохорова вошла группа сотрудников секретного 108 института – специалистов по лампам бегущей волны во главе с Л.Н.Лошаковым. В составе группы были Е.Г.Соловьёв и М.Ф.Стельмах. Обсуждалась возможность использования ЛБВ для накачки парамагнитных усилителей. Первое впечатление о Митрофане Федоровиче было положительное – он живо интересовался новыми принципами квантовой электроники.

Вторая встреча была более продолжительной. Митрофан Фёдорович возглавил большую группу советских учёных, которая по линии научного туризма посетила в январе-феврале 1963 г. Францию. В Париже мы участвовали в работе III международной конференции по только что народившейся квантовой электронике, которая проходила в течение недели во дворце ЮНЕСКО, а затем посетили ряд научных центров Франции в Марселе, Гренобле и близ Парижа. Поездка была замечательной: наряду с участием в интереснейшей конференции (я в числе прочих выступал там с сообщением на английском языке, что мне было в новинку – про мазерный эффект в рубине с накачкой от лазера), там была очень интересная туристическая часть с посещением Средиземного моря, островов, замков, прекрасной французской кухней и т.п. Не надо забывать, что это было в начале 60-х годов в период хрущёвской «оттепели», когда поездки за рубеж на короткий период стали возможны. Для многих это была первая встреча с заграницей.

По молодости лет я создал для Митрофана Федоровича нештатную ситуацию: у меня в Париже жили очень далёкие родственники (родители жены моего троюродного брата), для которых мне дали маленькую посылку. Я им сообщил о своём прибытии, и они пригласили меня к себе в гости. Пришлось спрашивать у Митрофана Федоровича как руководителя группы разрешения на это посещение, так как нерегламентированные контакты с иностранцами, тем более во Франции, полной белогвардейской эмиграции, жёстко пресекались (о чём нас специально инструктировали и брали подписку). Митрофан Федорович нашёл блестящий выход из положения: он разрешил посещение, но дал мне в компаньоны молодого человека из «органов», входившего в состав нашей группы. Если бы Митрофан Федорович дал ход информации о моей выходке, то моя деловая карьера могла бы быть безнадёжно испорчена. Но он этого не сделал, подемонстрировав глубоко присущую ему человеческую порядочность...

После поездки во Францию я стал подумывать о переходе из МГУ в «Полюс», так как возможности для работы в новом институте, возникающем с нуля и работающем в абсолютно новой области техники, были привлекательными. Такой переход состоялся через год, в мае 1964 г.

Митрофан Фёдорович набирал коллектив института для работы в совершенно новой области, где почти не было готовых специалистов, поэтому мой опыт и знания по квантовой электронике, полученные в МГУ и ФИАН во время работы под руководством будущего академика и Нобелевского лауреата А.М.Прохорова, очень пригодились. Митрофан Федорович при наборе кадров обладал очень ценным и редким качеством – он не боялся принимать в институт людей, кто в своей области знал и умел больше его самого. Он учился у нас, а мы учились у него его опыту инженера и руководителя, сильно присущему ему государственному подходу к любому делу.

Митрофан Федорович поддержал меня в двух очень важных стратегических решениях: ориентации на разработку элементов твердотельных лазеров с приёмкой заказчика (мы провели такую разработку по активным элементам первыми в институте), пригодных для использования в военной технике, и в развёртывании работ по приборам военного назначения на твердотельных лазерах. В обоих случаях эти решения не получили сначала поддержки руководства Министерства электронной промышленности, которое считало, что мы занимаемся не своим делом, конкурируя с Министерством оборонной промышленности. Сейчас, по прошествии 30 лет, можно сказать, что эти решения спасли институт: за последние 13 лет мировой рынок востребовал прежде всего именно эти приборы и элементы, которые сейчас занимают свыше половины всего объёма работ института. Митрофан Федорович мужественно принимал на себя критику руководства за так называемую «непрофильную деятельность», ему даже давали прямые письменные указания в протоколах коллегии по закрытию этих работ. Однако он верил в нас, в правильность выбранной совместно с ним тематики по разработке лазерных приборов, и твёрдо нас поддерживал. В результате нас «ревновали» другие направления работ в институте (лазерная технология, медицина), считавшие, что мы сужаем возможности их развития, что фактически отчасти имело место.

Митрофан Федорович развернул работы в институте по трём основным научным направлениям: твердотельные лазеры и приборы, включая разработку специальных кристаллов и элементов, полупроводниковые лазеры и лазерные гироскопы. Его интуиция не подвела: все эти направления оказались очень перспективными и развиваются до сих пор. Твердотельные и полупроводниковые лазеры служат основой современных приборов разведки и целеуказания. Лазерные диоды вошли в состав компьютеров и оптических линий связи, служащих основой Интернета. Лазерные гироскопы являются базой современных навигационных систем самолётов и ракет.

Митрофан Федорович имел обширные творческие связи с академическими кругами и ведущими ВУЗ’ами страны. Он дружил и сотрудничал с обоими Нобелевскими лауреатами по лазерам – А.М.Прохоровым и Н.Г.Басовым. На праздновании его 50-летия в 1968 г. были оба лауреата, хотя в эти годы их редко видели вместе. В нашем институте неоднократно бывал и последний нобелевский лауреат Ж.И.Алфёров, с которым велись совместные работы по полупроводниковым лазерам на гетероструктурах. Тесное сотрудничество было и с МГУ (академик Р.В.Хохлов) по нелинейной оптике. Все они испытывали к Митрофану Федоровичу тёплые чувства, ценя в нём искреннюю заинтересованность в новых научных результатах и государственный подход к использованию их в промышленности.

Митрофан Фёдорович был удивительно скромным человеком. Это касалось как его личных потребностей (например, он долго не мог получить квартиру на юго- западе и ездил на работу через весь город из Измайлова), так и его личного участия в научных публикациях. Он почти всегда отказывался от соавторства, хотя вклад его часто бывал существенным, если не решающим. Так, например, направлению полупроводниковых лазеров он уделял огромное личное внимание, однако в списке его печатных трудов нет ни одной публикации по этой тематике. Последние годы, после ухода с поста директора, он руководил исследовательским центром полупроводниковых структур, расположенным на Пироговке. Однако и там он отказывался участвовать в совместных публикациях. Такая щепетильность в этих вопросах – его характерная черта.

Оценивая Митрофана Фёдоровича с некоторой исторической дистанции, мы видим масштаб его личности и научную смелость, позволившие ему внести значимый вклад в науку и технику, создать крупный единственный в мире институт квантовой электроники в момент, когда эта наука ещё только появилась, построить для института комплекс зданий в Москве, оснастить его современным оборудованием и укомплектовать научными кадрами высшей квалификации. Поэтому присвоение институту имени М.Ф.Стельмаха – это наша благодарность этому человеку, так много для всех нас сделавшему.

Г. М. Зверев,
доктор физико–математических наук, профессор,
академик РАИН им. А.М.Прохорова,
первый заместитель директора НИИ «Полюс» им. М.Ф.Стельмаха,
лауреат Ленинской и Государственной премий

Почтовый адрес
РФ, 117342, г. Москва,
ул. Введенского, д. 3, корп. 1
Телефон и факс
Телефон:
+7 495 333-91-44
Факс:
+7 495 333-00-03
Интернет
E-mail:
bereg@niipolyus.ru
Skype:
niipolyus